№138 (10053)
Пятница, 30 июля 2010 года

Стоп–сигналы для криминала
Закономерность любой постреволюционной ситуации — организованная преступность активизируется. Ярче примеров не требуется: в нынешнем июле фактически сорвана попытка милиции задержать кара–балтинского криминального авторитета Алмаза Бокушева, он отпущен на свободу под поручительство... градоначальника Кара–Балты Оомата Казакбаева. Об этом речь в недавних публикациях “ВБ” “Синдром Бокушева”, “Преступность жаждет индульгенции”, “Угроза черного топора”, “Почему у нас криминал правит бал?”. И — на состоявшемся 27 июля круглом столе в редакции нашей газеты. В дискуссии участвовали общественный деятель, генерал–майор Мирослав НИЯЗОВ, заместитель председателя Совета ветеранов МВД полковник милиции в отставке Леонид ЗЕЛИЧЕНКО и независимый политолог, полковник Токтогул КАКЧЕКЕЕВ.

Преступники и власти

“ВБ”: — Ваше мнение специалистов с огромным стажем: почему все–таки криминал в нашей стране правит бал?

НИЯЗОВ: — Нельзя рассматривать положение дел с криминалом, с организованной преступностью в отрыве от общего положения дел в стране. Кыргызстан сегодня вошел в число мировых аутсайдеров не только по социально–экономическим вопросам, но и по соблюдению законности и правопорядка. У нашей страны не видно будущего. Мы — на пороге больших, серьезных потрясений. И то, что криминал правит бал, выглядит вполне закономерно и естественно для государства с напрочь отсутствующей системой безопасности.
    Круговая безответственность дала нам просто опасное общество. При таком положении дел у Кыргызстана напрочь отсутствуют условия для социально–экономического роста.
    Для прихода к нам инвесторов тоже необходимы условия. Это политическая стабильность в стране, отсутствие внешних угроз, коррупции. И ни в коем случае криминал не должен подавлять деловой мир в Кыргызстане! Ни одно из этих условий у нас в стране не соблюдается. Мы в обреченном состоянии, без каких–либо перспектив развития. Как ни печально и больно, но это — факт, который мы должны признать.

“ВБ”: — То есть активизация криминалитета вас не удивляет?

НИЯЗОВ: — Ничего удивительного нет в том, что криминал сегодня поднимает голову. Равно как и в том, что криминал “нагибает” представителей делового мира и что бизнесмены бегут отсюда. Криминал “красиво” вписался в систему беззакония и круговой безответственности.

ЗЕЛИЧЕНКО: — В 2008 году в нашей республике был зафиксирован рост общей преступности на 1,2 процента. И как ни удивительно, в том году все страны СНГ дали такой же прирост. В 2009–м рост составил 1,8 процента, как и почти во всех странах СНГ. На 100 тысяч населения в те годы у нас приходилось 564,2 совершенных преступления, примерно как и в большинстве других стран Содружества.

“ВБ”: — Это высокий показатель?

ЗЕЛИЧЕНКО: — К сожалению. Однако понятно, что после трагических июньских событий у нас он, увы, резко вырос. Когда мы вернемся на более–менее благополучный уровень, трудно сказать. Но есть, на мой взгляд, небольшой проблеск — нынешнее наше руководство стало реальнее смотреть на вещи. Роза
    Отунбаева недавно сказала, что нам нужно принять исчерпывающие меры по обеспечению общественной безопасности и оздоровлению “криминальной обстановки, которая резко ухудшилась за последние годы”. Президент подчеркнула, что сама бывшая власть была криминальной и транслировала образец поведения на все общество в целом.

“ВБ”: — Что еще свидетельствует о более реальном подходе новых властей к ситуации?

ЗЕЛИЧЕНКО: — Прежде всего то, что с 1 июля значительно повышена заработная плата сотрудникам органов внутренних дел, оперативным службам милиции и следователям, сотрудникам патрульно–постовой службы. То есть тем, кто находится в первых рядах. Численно укреплены внутренние войска. Новый министр внутренних дел тоже реально смотрит на вещи. Он требует ежедневных конкретных показателей борьбы с конкретными преступлениями, регистрацию которых взял под личный контроль. А где реальный подход к проблеме, там она и решается. Я был оптимистом и им остаюсь.

Эпоха «засланных казачков»

КАКЧЕКЕЕВ: — Как выпускник Военно–политического училища МВД СССР, затем Академии управления МВД СССР, я занимался криминологией (не путать с криминалистикой). Это часть социологии, изучающая условия и причины криминализации общества. Моим кумиром всегда был российский жандармский полковник Сергей Зубатов, начальник особого отдела департамента полиции. Его принципы обеспечения безопасности страны, защиты законопослушного населения близки силовикам и сегодня. Как и жесткий контроль за тем, чтобы в ряды госаппарата не попадали преступники, пытающиеся использовать государственный механизм в своих интересах.

“ВБ”: — Зубатов жил и активно действовал столетие назад. А если поближе к нашим дням?

КАКЧЕКЕЕВ: — Полвека назад, в 1955 — 1957 годах, в СССР в глубокой тайне состоялись региональные съезды “воров в законе”. Они вынесли решение: подбирать ребят из детских домов, поддерживать через третьи руки и направлять учиться на юридических факультетах, в военных училищах. Так было и так продолжается. Такое вот вмонтирование криминалитета в сферы государственного управления. “Засланные казачки” дают преступникам ценную информацию. За это криминалитет совершает заказные убийства и прочую грязную часть политической борьбы. Если в советское время “вор в законе” получал 10 — 15 тысяч рублей на отдых, то сейчас, выходя из зоны в России, он получает 2–3 миллиона долларов плюс поездку на Канары.

“ВБ”: — В чем специфика сегодняшних взаимоотношений власти и криминала?

КАКЧЕКЕЕВ: — Судите сами. Во властных структурах очень мало профессионалов и преданных делу людей. Криминал использует все каналы давления на власть, прежде всего подкуп, взятки. Посмотрите, какой–то мелкий инспектор таможни или налоговик, а у них трехэтажные дома, дорогие автомобили. Откуда это все? Например, по сведениям китайских таможенных служб, в Кыргызстан за такой–то период поступает товаров на 10 миллиардов долларов, а у нас официальный показатель не превышает 1,5–2 миллиарда! Или вот несколько лет назад у нас расстреляли группу китайских же бизнесменов, а преступление до сих пор не раскрыто. Есть сведения, что через республики Центральной Азии в Россию ежегодно “проходит по защищенным каналам” наркотиков на 2 миллиарда долларов. И четверть этой суммы — плата “крышующим”. И вся наркота идет не международной почтой, а через погран– и милицейские посты. Вот вам и интернационализированное преступное сообщество, использующее Кыргызстан как слабое звено в СНГ.

Триллионы в общаке и опасность команды

КАКЧЕКЕЕВ: — Международное преступное сообщество еще в 1980 году имело “в общаке” 1,5 триллиона долларов! Современному Кыргызстану очень трудно противостоять многократно выросшим с той поры интернациональным преступным активам. Наша республика поражена коррупцией и оказалась бессильной в подборе кадров, прежде всего в силовых структурах.

“ВБ”: — А как же расхожее выражение “во власть прийти со своей командой”?

КАКЧЕКЕЕВ: — Президенту ли, спикеру ли, министру ли прийти так во власть на практике — значит... притащить с собой всю братву и блатату. И такие прихвостни вдруг оказываются генералами, полковниками и вообще на ответственных должностях. Вот только факты из истории нашего МВД за последнее десятилетие. Задержан начальник отделения уголовного розыска с 38 килограммами опиума в России. Задержан заместитель начальника отдела по борьбе с наркотиками — с 2 килограммами героина в Алматы. И так далее. То есть в милицию попадают люди, пришедшие во власть в политической команде.
    При Акаеве министра внутренних дел назначал президент, первого замминистра — Майрам Дуйшеновна, а просто замминистров назначали сын и дочь президента. И наоборот: за верность закону из органов увольняли “просто так”. Звенья той же цепи: в Оше — примерно 2,5 тысячи милиционеров, половина — оперативные работники. Разве никто из них не знал о подготовке июньских событий?

“ВБ”: — Почему все–таки на нынешнем этапе не предпринимаются адекватные меры против организованной преступности? Синдром Бокушева в Кара–Балте!

КАКЧЕКЕЕВ: — Не с Бокушева надо начинать выяснять, почему не принимаются меры. А с мэра, который поручается за Бокушева! Предствляете, политическая власть берет на себя поручительство. А помните Акматбаева — его прикрывал сам президент. Некоторые офицеры милиции позволяют себе говорить начальнику: “Не вякай, сейчас позвоню в “Белый дом”, и посмотрим, усидишь ты или нет”.
    Когда отсутствуют жесткая воинская дисциплина и исполнительская культура, тогда офицеры поступают друг с другом как барыги на базаре, какая может быть тут правоохрана?! И “засланные казачки” за деньги покупают себе должности. У нас в милиции сегодня встречаются люди, которые в армии не служили, которые не прошли проверку личного дела в ГСНБ, которые толком не учились и не стажировались. О таких зло и горько говорят: “Днем равняется на флаг Кыргызстана, а вечером в сауне трет спину бандитам”.

К нам едут европолицейские

“ВБ”: — Недавние митинги в Бишкеке и Оше против приглашения в Кыргызстан 52 консультантов–полицейских под эгидой Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе — это, на ваш взгляд, спланированные акции? Криминалитет не имеет к этим митингам отношения? Кому могут помешать невооруженные зарубежные консультанты?

НИЯЗОВ: — Приглашая их, мы расписались в своем полном бессилии. Временное правительство с самого начала исповедует идею приглашения в Кыргызстан внешних сил, чтобы навести здесь порядок. Получается, что ни временное правительство, ни общество не верят в свои собственные силы. Я не исключаю того, что при движении в этом направлении Кыргызстан может полностью попасть под внешнее управление. И вот тогда уже мы окончательно признаем свою беспомощность.

КАКЧЕКЕЕВ: — Я тоже против ввода полицейских сил. Разделяю точку зрения генерала Ниязова: суверенитет дает нам возможность разбираться с проблемами самостоятельно.
    Однако против приезда иностранцев одним из первых выступил и генерал Исмаил Исаков. Здесь, скорее всего, другое обоснование — полицейские найдут следы связи силовых структур с наркобаронами. Сюда прибудут хорошо обученные и грамотные специалисты — именно это и настораживает большинство противников. Связь руководства страны с преступным сообществом неминуемо высветится. Это я говорю как криминолог — человек, глубоко анализирующий подобные вопросы.

“ВБ”: — Как же мы пришли к такому положению беспомощности и разгулу криминалитета?

НИЯЗОВ: — За 19 лет независимости мы опустились очень низко. И причина не в “плохих законах”, “форме правления” или в “неправильной Конституции”. Главная причина в том, что вершину пирамиды власти олицетворяют люди, не пригодные к государственному строительству. Пока мы не станем исповедовать идею чистоты власти, мы обречены жить в таком состоянии. Главное — не система, а люди.

ЗЕЛИЧЕНКО: — Я и мой старший сын посвятили себя службе в милиции не случайно, а по зову внутреннего чувства справедливости. 13 ноября 1946 года прямо у входа в кинотеатр “Ала–Тоо” преступники нанесли смертельное ранение моему старшему брату. Я, тогдашний ученик 9–го класса, видел — и я не один такой, у многих такое горе. Бал тогда, сразу после войны, правил чувствовавший свою безнаказанность криминал. Не случайно именно тогда создали в МВД во главе с прекрасным человеком Абдылдой Исабаевым отдел по борьбе с бандитизмом. Кстати, что касается кровавого преступления в ноябре 1946–го, то убийцу все–таки нашли и осудили. Справедливость восторжествовала.
    За 47 лет службы в милиции я сменил всего четыре должности, был и на оперативной, и на следственной работе, но наиболее продолжительным сроком в центре моей работы всегда было воспитание милиционера. И сегодня я убежден: республика выстоит. Несмотря на все трудности.

КАКЧЕКЕЕВ: — Посмотрите: у нас есть юракадемии, каждое из ведомств имеет возможность готовить себе кадры. Но нет центра, изучающего криминологию, чтобы анализировать состояние с преступностью в стране. Без этих базовых данных мы не можем судить о развивающихся видах преступности, предугадывать ход мысли каждого нарушителя закона. При наличии 14 тысяч сотрудников внутренних дел, органов госбезопасности и других структур мы не можем одолеть 10–15 группировок профессиональных преступников. Это нонсенс! Мы их чуть ли не жалеем, с ними церемонимся.

“ВБ”: — А что нам подсказывает опыт соседей по СНГ?

КАКЧЕКЕЕВ: — Когда мой сокурсник Сергей Степашин был директором Федеральной службы контрразведки России, он просто ликвидировал бандитские группы одну за другой. А недавно в России принят нормативный акт: профессиональный преступник признается вне закона. Его приравняли к враждебным государству элементам. В Кыргызстане этого не делают, преступность процветает. Я повторяю: Кыргызстан — слабое звено в СНГ. Вспомните, как начинался наркотрафик через нашу республику? Мы подписали конвенцию “О беженцах”. Сюда сразу потянулись граждане Узбекистана, а вместе с ними наркодилеры. Кыргызстан стал площадкой для переправки и торговли наркотиков.
    Мы подписали конвенцию — соседям это очень не понравилось. Вспомните, во время андижанских событий граждане Узбекистана пришли к нам. А мы обязаны были их принять, поить, кормить. Когда мы говорим о любом документе, нужно сначала рассматривать его с точки зрения национальной и социальной безопасности. Иначе это обязательно аукнется позже.

Решения нарушения

“ВБ”: — Мы имеем то, что имеем. Что сегодня нужно предпринять, чтобы исправить ситуацию?

КАКЧЕКЕЕВ: — Пути простые. Мы провозглашаем отбор по профессиональному признаку, но этого не делаем. Во времена Бакиева почему–то очень было важно, чтобы везде работали выпускники университетов городов типа Кара–Суу. А выпускники других именитых вузов были не нужны. По родству, по бешбармаку, по блату малограмотные кадры оказались в управлении. А это прямая дорога к расстановке преступным сообществом своих кадров.
    Считаю, что сама власть должна показать пример законопослушания и уважительного отношения к Конституции, праву. Начиная от президента и кончая последним уборщиком “Белого дома”. Все принятые законы и подзаконные акты должны свято блюстись всеми госслужащими. Все должны служить Закону. Но сейчас служат хозяину.
    Вспомните, у нас расстреляли средь бела дня троих полковников — чувствуете уровень. И следов не найти. Расстреляли 8 депутатов — те же результаты. А преступные разборки? Возле гостиницы “Достук” вели стрельбу из автоматического оружия во время пребывания там делегации полицейских из Китая. А вспомните, что даже из гранатометов бандиты в машины друг друга стреляли. Даже убийц Рысбека Акматбаева не нашли — хоть он и бандит, но тоже гражданин Кыргызстана.
    От этого становится больно — я 30 лет жизни отдал МВД. Несмотря на мое образование, мне не нашлось места в Министерстве внутренних дел. Я ушел в МЧС. Говорю это к тому, что, если бы в органы пришли грамотные люди, прохиндеев бы оттуда вышибли. Я не жалею ни о чем, но то, что происходит, ненормально.

“ВБ”: — Некоторые аналитики видят панацею в насыщении милиции кадрами из органов нацбезопасности.

КАКЧЕКЕЕВ: — Когда–то генерал Федорчук, возглавив МВД СССР, стал проталкивать в милицию чекистов. Опыт английской службы МИ–6 давно показал несостоятельность таких действий. В КГБ всегда работали очень умные люди, мыслящие глобально. Говоря простым языком, уровень милиционера — украденные куры и другие бытовые преступления. Я считаю, что нынешние рокировки между ведомствами также ни к чему хорошему не приводят. Каждый должен быть профессионалом в своем деле.
    Почему операции на юге затянулись и провалились? Потому что в правительстве нет человека, который знал бы тактику противодействия массовым беспорядкам. Она называется чекистско–войсковая, а в ней задействовали малограмотных милиционеров. Итог: сегодня милиционер на улицу идет с неохотой. Позвони ему и скажи, что его дожидаются злоумышленники — он возьмет бюллетень или по–другому отвертится. Нет преданности своей профессии, режима отбора кадров. Восстановить ту систему не хватает политической воли.

НИЯЗОВ: — Вольно или невольно события на юге спровоцировало все–таки временное правительство. Самое ужасное даже не то, что произошло. А то, что никто не хочет брать на себя ответственность за кровавые события. За годы независимости мы опускались все ниже, но можно ли сейчас найти человека, который взял бы на себя ответственность за весь бардак в стране? Сегодня этого никто не в силах сделать. Эта сплошная безответственность привела к упадку.
    В 30–е годы прошлого века, когда к власти в США пришел Франклин Рузвельт, генпрокурор сделал заявление в конгрессе. Мол, мы знаем в лицо 1 тысячу 200 гангстеров, которые ежегодно убивают 15 тысяч безвинных граждан. Они грабят банки, уносят жизни, но никто из них не несет ответственности. Потому что коррумпированность в ФБР и судах позволяет выкрутиться, а если все же последовало уголовное наказание — в тюрьмах под влиянием той же коррупции организуются побеги.
    Тогда конгресс США принял решение объявить 1 тысячу 200 гангстеров врагами американского народа. ФБР было дано разрешение уничтожать их без суда и следствия. И тогда впервые все преступники подняли белые флаги и пошли сдаваться властям. Которые поняли, что, не подавив криминал, невозможно бороться с коррупцией. США таким образом выходили на путь законности и порядка. Для этого нужна была огромная воля. Эдгар Гувер и Франклин Рузвельт — их глубокий анализ и сильная воля позволили в корне изменить ситуацию в стране. Америка стала постепенно выходить из состояния депрессии.

“ВБ”: — Применима ли в Кыргызстане такая методика?

НИЯЗОВ: — Необязательно в точности повторять пример какого–то государства. До тех пор пока во власть не придут порядочные, честные и волевые люди, которые будут понимать всю тяжесть положения дел в стране и смогут взвалить на себя ответственность, мы обречены жить в нынешней обстановке паники, страха и неизвестности. Всякого рода декларации, дескать, мы победим преступность — пустая болтовня. Она ничего не будет иметь общего с реальностью, пока власть не перестанет сотрудничать с криминалом и попустительствовать.
    Когда мы говорим о демократии и свободе, нужно четко понимать: между свободой и вседозволенностью должен быть водораздел. У нас его не знают. Демократию воспринимаем как беззаконие. Пока невозможно вести речь, что Кыргызстан в обозримом будущем ожидает благополучие. Хорошего ждать не приходится, пока чистые и благородные силы не возглавят страну. У них должно быть достаточно профессиональных навыков бороться с масштабным злом.

ЗЕЛИЧЕНКО: — Очень многое зависит, если не основное, от позиции местных органов власти. И от поддержки населения. Это вроде общая фраза, но подумайте: буквально в течение нескольких суток после 7 апреля на улицы Бишкека вышли десятки тысяч дружинников. Они взяли под жесткий контроль многие стратегически важные объекты, крупные торговые комплексы. И бизнес вздохнул чуть увереннее.
    Недавние события на Баксанской ГЭС России не могут не волновать и нас. Шестеро вооруженных преступников проникли на важный объект, взорвали 3 агрегата. Громадную ГЭС охраняли всего 4 милиционера. У нас наблюдается нечто подобное, хотя выводы уже сделаны. Многое сделано и по укреплению охраны стратегических объектов на юге, но это не говорит о том, что сделано все возможное.
    Радует и что многие НПО и общественные организации от общих декларативных заявлений перешли к конкретным делам. Они проводят интереснейшие исследования среди стражей порядка, идут в их коллективы, помогают делать выводы. К попавшим после 7 апреля в больницы сотрудникам милиции приходят, собирают для них средства, помогают. Милиционеры почувствовали: есть поддержка, стоит работать дальше. Если будет взаимопонимание с населением, есть серьезные надежды на улучшение ситуации.

Как научили, так и служат

“ВБ”: — Ни для кого не секрет, что уровень подготовки кадров в МВД постоянно ухудшается. Криминал же постоянно набирает силу. Дисбаланс налицо...

ЗЕЛИЧЕНКО: — Кроме Академии МВД, у нас есть еще средняя специальная школа милиции. Ее стремление больше времени обучать личный состав на практике и создавать ситуации, в которых курсанты вместе ищут решение — в этом выход из положения. Но тенденцию нужно признать: в средних школах все меньше уделяют внимания русскому языку, литературе, истории. А появляются новые труды и нужная литература — их необходимо преподносить молодежи. Это общая проблема культуры населения.

НИЯЗОВ: — То, что критикуют милицию, — это не причина, а лишь следствие общей ситуации. Бессилие и беспомощность силовых структур кажущиеся. Сила у них есть. Нет воли. Во имя чего, ради чего, во имя каких высоких благородных целей стражи порядка должны сегодня добросовестно выполнять задачи? Если вершина пирамиды власти исповедует коррупцию и беззаконие, как служить милиции? Офицер, который призван служить Отечеству, сегодня должен прислуживать интересам власти, и это ужасает.
    Служебные отношения трансформировались в коммерческие. Сегодня пользуется успехом не тот, кто способен, а тот, у кого есть покровитель в высших эшелонах власти. Убогость этой ситуации приводит человека в погонах в заблуждение. Он уже не знает, какую роль и место должен занимать в жизни страны.
    Впрочем, это касается не только силовых структур — можете назвать хоть одну ветвь или структуру власти, где положение можно охарактеризовать как лучше, чем в органах внутренних дел? Те же проблемы существуют во всех институтах власти, это случилось не вчера, не 7 апреля, не 24 марта — мы шли к этому на протяжении всех лет независимости. И когда спрашивают, почему в Кыргызстане происходят ужасные вещи, я отвечаю: это закономерное явление.
    Поведение людей зеркально отражает поведение властей. Как руководители страны мародерствовали, так же поступил и народ. Правители наши никогда не были хорошим примером для подражания. А чему в таком случае подражать? Власть излучает зло. Сегодня нельзя говорить, что парламентаризм — решение проблем. У нас нет сформировавшегося государства и даже четко очерченных границ. Зато очень много очагов напряженности.

КАКЧЕКЕЕВ: — Советская школа подготовки силовиков была очень сильной. В свое время в США я видел, как каждые 5 минут возле штаб–квартиры NASA приземляются вертолеты. Выяснил — с инженерами из СССР. Более 10 тысяч советских инженеров работают на космическое ведомство Америки. Представьте уровень обучения. Здесь сидящие тоже не лыком шиты в своем деле. Лично я проходил тренинги по рассечению толпы численностью до полумиллиона человек. Могу сказать, что других таких людей в Кыргызстане нет.
    В отделах МВД руководят те, кто изучал Уголовный процесс или оперативно–розыскную деятельность. Мы занимались еще и вопросами общественной безопасности. Присутствующий здесь Леонид Яковлевич Зеличенко готовил наш курс на обеспечение безопасности Олимпиады 1980 года, за что я ему очень благодарен. Впоследствии эти навыки мне пригодились в 1990–м в Оше. Когда я был начальником штаба ОМОН Кыргызстана, московский ОМОН у нас учился! Мы ввели сетевую систему зачистки районов, пораженных хулиганами.
    К ошским событиям, андижанским, мартовским, апрельским — органы оказались не готовы, не знают тактики. Правоохранительной системе нужны грамотные управленцы, которые определят приоритеты. А кто знает сегодняшние и завтрашние задачи страны? Когда я езжу по нашим дорогам, жизнь в стране сравниваю с ямочным ремонтом. Он у нас в головах. Умные люди сегодня работают на криминалитет.

«Ночь длинных ножей» не допустим

КАКЧЕКЕЕВ: — Думаете, случайно вытесняют профессионалов из МВД и госбезопасности? Преступность через законодателей, представителей во власти и оппозицию делает все, чтобы ослабить милицию. Бардак в стране криминалу выгоден и нужен как воздух. Вытащить страну из капкана алчности может только волевой человек. Мы потеряли 2 полка вертолетной техники, а потом человек, приватизировавший их, говорит: “Нам нужны вертолеты”. Это просто лицемерие! Мы потеряли промышленность, уникальные крупные заводы–монополисты — где они все? Наши мозги как наши дороги. Нужен человек с нормальным мышлением, который будет исходить из интересов государства и его граждан.
    В Казахстане приняли программу: ежегодно отправлять за счет госбюджета 4 тысячи молодых людей на обучение. Половину — в Европу и США, остальных в российские вузы. Потом студенты возвращаются, начинают работать с низов, и иные уже поднялись до министров. У нас все делается ради сиюминутной выгоды, это пора прекращать.
    Сегодня можно привлекать к ответственности с установленным составом преступления губернаторов Ошской и Джалал–Абадской областей, тамошних начальников УВД, мэров — их всех нужно сажать, они допустили бойню. Они отвечают за порядок на своей территории. Но сегодня никто об этом не говорит, эти должностные лица — родственники руководителей страны. Они удобные люди для наркобаронов и бандитов всех мастей. Наша внешняя и внутренняя политика напоминает мне международного бомжа, который с протянутым колпаком везде просит помощи. В конце концов, что ж у нас за государство–то такое? Я бы ввел американскую норму: любой госслужащий, нарушивший моральные нормы или совершивший правонарушение, уже никогда не сможет вернуться во власть.

“ВБ”: — Вы все здесь аналитики. Дайте прогноз: что ждет Кыргызстан, если тенденции последних лет не изменятся и власть не обретет политическую волю?

НИЯЗОВ: — Сегодня — полнейшая неизвестность. Никто не может гарантировать безопасность общества, территории. Кыргызстан не защищен ни от внешних, ни от внутренних угроз. Это бедное беспомощное государство, где возможен любой сценарий развития событий. Хрупкая стабильность держится исключительно на инстинкте самосохранения и здравомыслии людей. Люди во власть не верят и создают безопасность своими руками. В республике много очагов напряженности. Если дать им развиться до системного характера, социальный взрыв неизбежен.

ЗЕЛИЧЕНКО: — Я верю в благоразумие народа. В самые сложные времена наши люди находили в себе чувство благородства и взаимовыручки. Я сам эвакуированный беженец — нас сюда привезли в 1941 году из Беларуси. Если бы не добрая рука друга–кыргыза, моего соседа, туго бы пришлось нашей семье, где не осталось взрослых мужчин. Мы интегрировались в мировое сообщество — стали членом ООН, ОДКБ и других организаций. Есть силы, которые нас в трудную минуту поддержат. Но не надо ждать, а надо самим ковать свое будущее. Веря в добро, нужно за добро бороться.
    Я знаю, что потенциал у многих милиционеров глубокий. Если они почувствуют настоящую поддержку народа и правительства, стражи порядка себя раскроют намного сильнее, нежели делают это сейчас.

КАКЧЕКЕЕВ: — Вера и ожидание — не единственное, что ныне нужно. Мы должны работать и быть ответственными. Как сказал один из экспертов, со дня обретения независимости 200–250 человек крутятся вокруг “Белого дома” и бессменно возглавляют нашу страну. Пора бы им подвинуться и пустить новые силы, профессионалов. Мы живы лишь благодаря тому, что Российская Федерация к нам хорошо относится. Мы существуем именно благодаря России.
    У меня вера в то, что построенные отношения с этим соседом должны быть реанимированы и укреплены. Только тогда сможем преодолеть и преступность, и косность, и феодализм. И обретем политическую культуру, усовершенствуем национальную. Тогда мы сможем избежать грядущих потрясений. Которые, по нашим прогнозам, весьма опасны. Если сегодня переворот совершили оппозиционные силы, завтра его смогут устроить религиозные экстремисты или криминал. Тогда повторится германская “ночь длинных ножей”.
    Мы, люди в погонах, постараемся всего этого не допустить. Если мы объединимся, то скажем свое слово. Все идет именно к этому. Мы — люди ответственные, мы обязаны говорить правду. Кто–то должен ее сказать, иначе перемен к лучшему не жди.

Александр ТУЗОВ,
Андрей ОРЕШКИН.
Фото Сергея МЕДВЕДЕВА.