№138 (10053)
Пятница, 30 июля 2010 года

НеSOSтоятельность
На днях один иностранный эксперт в сфере создания стратегий сравнил Кыргызстан с пятилетним ребенком, у которого еще есть шанс на светлое будущее, если незамедлительно заняться его воспитанием. Однако пятилетний ребенок вечно хнычет, чтобы дали соску: ему нужна внешняя помощь. А чтобы задействовать внутренние резервы, надо напрягаться, быть шустрым и включить еще не сформировавшийся интеллект. “Взрослым” — международным организациям и странам — тоже это выгодно. С одной стороны, можно помочь, чтобы дитя не съело каку, не подралось со старшими, сидело тихо и смирно. С другой — не дать сильно повзрослеть, чтобы малыш не качал права или вообще, чего доброго, не начал вести самостоятельную жизнь.

Плата за горе
    Деньги позволяют вести самостоятельную жизнь. Но их надо заработать, чтобы чувство собственного достоинства появилось. Заработать самим, честным трудом. Спроецируйте это на страну. Кыргызстан — это компания start–up (только выходящая на рынок) с не самыми лучшими начальными позициями. Поэтому необходимо быть выше, быстрее, сильнее, чтобы завоевать у конкурентов кусок рынка. А конкуренты мало того, что не дремлют, но уже заняли определенные позиции, поэтому им надо прилагать намного меньше усилий, чтобы добиться одинаковых с нами результатов.
    Донорская встреча на высшем уровне, прошедшая во вторник, окунула нас в акаевские времена, когда обаятельный глава государства с сияющим лицом говорил о развитии западных принципов демократии в обмен на финансовые вливания. Денежные инъекции обернулись тогда внешним долгом. Долг сам по себе не так велик, но на фоне черепашьего роста экономики кажется существенным бременем.
    После 2005 года стиль взаимодействия несколько изменился, про принципы демократии стали говорить уже меньше, начали просить больше грантов и меньше кредитов, внеся поправки в законодательство. Начиная с 2009 года “Белый дом” и вовсе стал выдвигать свои условия международным организациям. Мол, сами знаем, как деньгами лучше распорядиться, не надо их тратить на дорогостоящих иностранных консультантов. Начали избегать слова “доноры”, заменив его на “международные партнеры”. Безбожно правили материалы госслужащих, где звучали иждивенческие нотки. Но от зависимости внешнего фактора все равно никуда не ушли.
    Голос представителей кыргызской стороны на донорской встрече 27 июля звучал очень жалобно. Трагические события на юге могут разжалобить самых последних циников. Роза Отунбаева также с горечью в голосе отметила, что за помощь пришлось заплатить слишком высокую цену. Рациональное использование каждого цента должно стать делом чести новых властей.
    Во время дискуссии активисты гражданского общества самым недипломатичным образом подвергли критике каждый пункт выступлений Розы Отунбаевой, Жантороо Сатыбалдиева. Они высказали мнение, что из–за вмешательства внешнего фактора наша страна лишится независимости. При этом никто не назвал рецепта, где же найти деньги, чтобы наша экономика не упала в преисподнюю. И вообще представителям НПО показалось, что в речах было много воды, а про конкретные проекты, планы, механизм обеспечения прозрачности траты заемных денег ничего не сказано. Уже на пресс–конференции Роза Исаковна заверила, что о конкретных данных станет известно чуть позже.
    — Во–первых, будет создан наблюдательный совет, куда войдут представители бизнес–ассоциаций, НПО и международных институтов. Во–вторых, представляете, если комитет по бюджету и финансам Жогорку Кенеша возглавит оппозиция? Они же нам спуску не дадут, — пыталась убедить журналистов президент.
    Сами представители международных организаций подчеркивают, что их помощь “направлена на предотвращение падения экономических показателей, но это деньги не на то, чтобы сделать население богаче. Это меры, которые помогут стране удержаться на плаву”. Кстати, ПРООН уже оказывает поддержку в части наращивания потенциала Гендирекции по восстановлению юга и, особенно в части методологии, как нужно работать с донорскими деньгами.

Дипломатический реверанс
    Зато заверения главы государства в отличие от гражданского сектора удовлетворяют внешних партнеров. Или они деликатно не вмешиваются во внутренние дела страны, касающиеся нынешнего передела собственности. По крайней мере, директор по стратегиям и операциям Всемирного банка Теодор Алерс убедился, что власти будут стоять на защите частной собственности и инвестиций. При этом он согласен с национализацией “АзияУниверсалБанка” и ряда объектов, проданных прежним режимом сомнительными путями.
    Однако хотелось бы предостеречь наших чиновников козырять этой цитатой. Во–первых, международные доноры не акцентировали внимания на процессе национализации, а именно он вызывает самые большие сомнения. Потому что сейчас происходит подмена понятий: при национализации возмещение акционерам не светит. Да, многие сходятся во мнении, что для спасения АУБ и всей банковской системы его надо национализировать, а потом капитализировать. Но что делать тысячам миноритариев банка, как поступят с ними? На эти вопросы пока никто не отвечает. Дальнейшая информация о деятельности крупнейшего в стране финучреждения до сих пор размыта. Если говорить о национализации “Северэлектро” и “Кыргызтелекома”, чья приватизация резонно вызвала волну возмущения, то нарушать национальное и международное право государство как гарант исполнения закона тоже не должно. Почему вместо судебных решений принимаются декреты? Их можно оспорить в международном арбитраже. А вот если бы сначала было заведено уголовное дело, далее сделка признана недействительной, а потом собственность конфискована, то претензий стало бы меньше. Или вообще никаких.
    Международные доноры говорили о поддержке “аннулирования приватизации, которая была проведена непрозрачно”. Но речи не было о национализации объектов, которые государству и не принадлежали и имеют владельцев. Некоторые чиновники удивляются, что настоящие хозяева объектов не заявляют о своих претензиях. Но после создания всяких “черных” списков стоит опасаться за свою безопасность. И какой смысл обращаться в местные суды или правоохранительные органы, если они курируются главным инициатором национализации Бекназаровым?
    Иски в международные инстанции — это самый крайний шаг. И вообще с какой стати истинный владелец нагло отбираемой у него собственности должен доказывать, что он не верблюд? Это госорганы обязаны доказать, что имущество этому предпринимателю не принадлежит, было незаконно куплено семьей и окружением Бакиева. Но в такие дебри международные организации предпочитают не лезть или, по крайней мере, не афишировать свое мнение. Возможно, что чиновники донорам напели в уши, а те, доверчивые, поверили в законность декретов по национализации и введению внешнего управления в компаниях. Возможно, они и не подозревают, до какой степени все процессы вокруг собственности происходят непрозрачно. Возможно, они намекнули, что 1,1 миллиарда поступят, если участникам восстановления юга и экономики страны в целом гарантируется защита инвестиций. Ведь главное, чтобы не затронули интересы самих кредиторов.
    Скорее всего, поддержка властей в вопросах национализации была дипломатическим реверансом. Потому что как ни крути, а Роза Отунбаева с иностранцами прекрасно ладит, даже говорит с ними на одном языке. Она понимает, что для доноров важнее восстановление институтов государственной власти, чем национализация каких–то гектаров земли.
    К сожалению, точные условия соглашений для общественности обычно так и не становятся известными. Хотя всегда интересно, что же взамен потребуют партнеры. А во время встреч на высшем уровне предпочитают просто распиарить нужные государству пункты. Немаловажным остается вопрос освоения внешней помощи. Освоить сумму, равную 2/3 годового госбюджета, непросто.
    В сумму 1,1 миллиарда долларов входят 250 миллионов, которые были запрошены у антикризисного фонда ЕврАзЭС. Дополнительно к этим средствам Россия обязалась выделить 20 тысяч тонн топлива на сумму 10 миллионов и принять участие в программе продовольственной помощи ООН на сумму 8 миллионов. Гуманитарную помощь в 11 миллионов предоставит Казахстан. Всемирный банк собирается финансировать 12 проектов общей стоимостью 100 миллионов, столько же еще выделит в виде льготного кредита. Азиатский банк развития предоставит 145 миллионов, 33 — МВФ. Уже в евро 34 миллиона выделит Германия, 9 — Великобритания.
    Для западных стран важно, чтобы при строительстве и восстановлении жилищ на юге не было насильственного перемещения жителей с мест их прежнего проживания. На этих условиях они и выделяют деньги. Управление верховного комиссара ООН по делам беженцев выделит средства для тех, кто потерял имущество и кров во время беспорядков на юге, Фонд Ага Хана — на строительство временных жилищ для них.

Когда внутренние силы восстанут из могилы?
    Больше всего волнует то, что Кыргызстан просто ни в какую не желает задействовать внутренние резервы. Да, сейчас такие обстоятельства, что требуется срочная помощь, а инвестиции в экономику окупаются долго. За двадцать лет нашей независимости был запущен только один крупный проект — “Кумтор”. В этом году уже за разработку месторождения было заплачено 2,8 миллиарда сомов, чем и обусловлено выполнение плана налоговых органов. Однако зависимость от одного проекта — угроза экономической безопасности страны. Кыргызстану как воздух нужна хотя бы парочка крупных проектов.
    Мы много говорим о ресурсных возможностях нашей страны, но так никто за столько лет и не поднял деньги, которые буквально лежат под ногами. Что для этого нужно? Четкие правила игры. А это законы и их соблюдение. Мировой опыт и наши реалии показывают, что резкий рывок поможет сделать закон о концессии, который разрабатывался в 2009 году, но так и не вступил в действие из–за неискоренимой бюрократии. Рывок может сделать либерализация нашей экономики. Имея не самые лучшие условия, не обладая суперскими ресурсными возможностями, нам остается только прыгнуть выше головы, чтобы в Кыргызстан пришел инвестор. Ведь у иностранного бизнеса всегда есть выбор рынка в любой точке земного шара.
    Эксперты и энпэошники опасаются, что перераспределение грантов будет осуществляться подконтрольными этим же международным организациям подрядчиками. Не секрет, что очень часто помощь доноров сопровождается серьезными обязательствами. Раньше они даже вели к торможению самостоятельного развития Кыргызстана.
    Основную часть донорской помощи составят возвратные кредиты, которые станут бременем для бюджета. Да, многие средства как раз пойдут на покрытие дефицита бюджета, но возврат кредитов просто отсрочен во времени. По ним расплачиваться предстоит уже следующим поколениям. А вот платить по процентам придется еще нам. Механизмы распределения опять же, как правило, сопровождаются отягчающими нашу ситуацию обязательствами. Не подумайте, что перечитала “Исповедь экономического убийцы” Джона Перкинса, но из песни слов не выкинешь.
    Кстати, о внутренних резервах. Помимо того, что необходимо создавать условия для привлечения инвестиций, у нас есть и собственные ресурсы. Задумываясь о восстановлении юга, никто из членов временного и технического правительства не вспомнил, что у Кыргызстана есть свои активы. Греция, например, оптом продает госпредприятия. Может быть, у нас также власти хотят сначала все национализировать, а потом продать и деньги заработать? Но заработает правительство, скорее, только проблемы и плохую репутацию. При нынешней стоимости акций “Центерры” в 13,14 канадских доллара активы Кыргызстана в компании составляют миллиард долларов. Акции — это не просто бумажки, ими можно управлять, покупать и продавать. В общем, зарабатывать и тратить.
    В прошлом году расходы по обслуживанию внешнего долга составили примерно 13 процентов. В этом году наблюдается невиданный в нашей истории дефицит бюджета в 619 миллионов долларов при проблемном пополнении доходной части. Следовательно, если экономика не пойдет резко вверх в ближайшие несколько лет, то долг станет еще большим бременем.
    Надо понимать, что доноры помогают нам в среднесрочной перспективе. Но выплата госдолга лежит на населении, ведь именно за счет наших налогов будет происходить возвращение заемных средств. А точнее, за счет тех, кто не находится в теневом секторе экономики.

Дина МАСЛОВА.
Рисунок Романа БЯХОВА.