Поющий сердцем
В Бишкеке нет другого такого певца, который профессионально исполняет джазовые композиции, как это делает Талант Абдылдаев, солист джаз–банда “Соленые орешки”. Года три назад, первый раз услышав его голос низкого мягкого тембра, способный передавать перепады настроения, сразу запомнила непосредственную манеру держаться у микрофона и хороший английский.
Крепкий соленый орешек
Этот голос, поющий джазовые фразы, навевал ностальгические воспоминания о детстве, когда еще наши родители слушали старые пластинки с записями неподражаемого Луи Армстронга, бесподобного Фрэнка Синатры и очаровывающего Дина Мартина. Есть песни, которые, услышав раз, знаешь, что будешь слушать всю жизнь, голос с винилового диска тянет Fillings и чувства переполняют до слез. Такая музыка объединяет и становится знаковой для целого поколения.
—Я не вправе называть себя джазовым певцом, — скромничает Талант. — Это очень сложное занятие: импровизировать голосом на тему и гармонию. Нас можно назвать исполнителями джазовых стандартов. Но в “Соленых орешках” импровизируют контрабас и саксофон, поэтому наша музыка приобретает звучание настоящей джазовой композиции. Я задаю тему, а ее продолжают инструменты... Если в эстраде в популярных группах выражают себя только солисты, то в джазовом коллективе должны найти все участники группы. Джаз — это коллективный труд, каждый музыкант вкладывает себя в общую картину. Если пианист сделает в нужном месте паузу, то все равно создается музыкальное пространство. Хорошие музыканты — кудесники, пытающиеся вовлечь слушателя в свою атмосферу. Бывает, что 50 человек слушает нас, но только двое из них понимают, и мы это чувствуем.
Однако, когда Талант поет, закрыв глаза, чувствуется, что он полностью погружается в настроение мелодии, как будто переживает состояние героя: то кричит, то шепчет, но и при этом понимаешь, что не каждый певец в состоянии пропеть подобное. Про джазовых вокалистов говорят, что в их исполнении не столь важно иметь поставленный голос, сколь характерный узнаваемый тембр и умение петь сердцем.
Стандарты джазового пения требуют определенной подготовки, музыкального развитого вкуса и широкого кругозора. Ведь эти композиции легкими не назовешь, они создавались профессионалами, в них есть своя драматургия.
Наверное, все основатели этого завораживающего жанра знали секреты того, какими музыкально–выразительными средствами взволновать слушателя. К примеру, Фрэнк Синатра до конца жизни шлифовал свой полный очарования голос. У него был особенный диапазон. Его тексты не оставляли равнодушными, они флиртовали, ласкали, завоевывали. Грусть раздирала душу так, что непонятно было: что же с вами происходит. У него была потрясающая техника: почти разрыдаться, но вовремя остановиться.
Школьный хор или хоровая школа
Талант начал петь в школьном хоре, учась в Каракольской школе имени Горького. Его мама Зуурабюбю–эже прекрасно пела. В свое время она училась в Женпеде имени Маяковского на учителя музыки, и ее преподавателем был первый хормейстер республики Султан Юсупов. Позже, когда Талант оказался в консерватории, одним из основных преподавателей был именно он.
Пока учился в школе, Талант все время пел в хоре и тогда уже показывал незаурядную музыкальную память. Один урок он запомнил на всю жизнь, когда все пели известную песню советского времени “И вновь продолжается бой”. В паузах между строками Талант, на удивление преподавателя, начал пропевать партию духовых: “Та–да–да–да–да!”.
— Откуда ты знаешь, что надо так петь? — спросил учитель.
— По ТВ показывали, так детский хор и оркестр исполняли, вот и запомнил...
Конечно, взрослые не могли не заметить способностей парнишки и настоятельно рекомендовали продолжать музыкальное образование. После восьмого класса он поступил в музыкальное училище имени Ыбрая Туманова в Караколе.
— Мне с детства нравилась ретро–музыка, но в 80–е годы слушать ее было практически негде, разве что по ТВ иногда показывали корифеев популярного американского джаза, — вспоминает Талант. — Я каждый раз ждал “Мелодии и ритмы зарубежной эстрады”. Только там показывали Фрэнка Синатру, Лайзу Минелли, оркестр Гленна Миллера, Элвиса Пресли, Рэя Чарльза. До самого утра каждую новогоднюю ночь ждал выхода этой программы. В то время было очень мало информации о зарубежном музыкальном мире. Старался не пропускать музыкальные заставки в “Международной панораме”, смотрел и “Утреннюю почту”. Тогда очень любил “Битлз” и Стива Уандера.
Интересно, что 14–летний мальчишка, поступая в музучилище, хотел учиться игре на саксофоне. Звучание этого любимого джазменами инструмента особо завораживало. Но при подаче документов Талант вместо строки “духовое отделение”, подчеркнул “хоровое”. А когда сообразил, что сделал ошибку, постеснялся попросить новый бланк.
— Но я благодарен судьбе, что вновь попал в хор, это была счастливая ошибка: оказалось, что игре на саксофоне в то время в Караколе учить было некому. Но я был влюблен в хоровое пение, дающее особую музыкальную эстетику и развитие. Мне повезло с прекрасными педагогами. Нас учила сестра Талгара Джакшылыкова Гулбарчын, Токтомуш Турдумамбетов, который закончил Ташкентскую консерваторию вместе с Булатом Минжилкиевым.
В 1994 году Талант поступил на кафедру хорового дирижирования в столичную консерваторию. Отучившись там пять лет, стал редким специалистом, способным создать большой коллектив вокального многоголосья. Абдылдаев поясняет:
— Хоровой дирижер — это особая категория, он не может быть индивидуалистом, когда отвечает за 60 человек. Значит, у него должно быть 60 партитур на одно произведение. Конечно, такой труд требует жесткой самодисциплины. Сейчас я работаю с молодыми ребятами, стараюсь дать им актуальный репертуар, веду “вокальный ансамбль” как предмет. У нас в Кыргызстане пока не складывается такой коллектив или хотя бы квартет. Это колоссальный труд, отнимающий массу времени, сил. Его участники должны петь и дышать как один, тонко чувствовать друг друга, относиться друг к другу как родные братья. Живое исполнение многоголосьем способно заворожить любого слушателя.
Откуда у хлопца испанская грусть
Во время учебы в Бишкеке у Таланта появились новые вкусы, увлечения и знакомые, возможность получать больше информации о современной музыкальной жизни, новых веяниях джаза, джаз–рока, босса–новы, би–боба.
Еще студентом третьего курса Талант начал подрабатывать в ресторане. Тогда существовал достаточно жесткий отбор, хозяева уважающих себя заведений приглашали профессиональных музыкантов. Конечно, приходилось исполнять все, что хотелось публике: попсу, восточные, модные латинос, но при этом он пытался исполнять популярные джазовые стандарты. В его репертуаре уже тогда появились “Хелло, Долли”, “Девушка из Ипанемы”, “Странники в ночи”.
Он с трепетом произносит имена вокалистов, которые прославились в истории джаза своим пением: Луи Армстронг, Бинг Кросби, Нэт Кинг Коул, Чарли Паркер с Майлсом Дэвисом. Названный просто “голосом” Фрэнка Синатры, более современный представитель би–боба Кевин Махогани. Его восторгают Бесси Смит, которую прозвали “императрицей блюзов”, Билли Холлидэй, Элла Фитцджеральд и уникальная Сара Воен.
— У меня никогда не было желания стать эстрадным певцом, искать популярности, хотя многие вокруг к этому стремились. В силу академического образования и характера я не любил себя афишировать, да и особых амбиций не было. Я всегда считал, что личность достойная со временем привлечет к себе внимание, если будет профессионально работать над собой. Если артист занимается музыкой, следуя традициям признанных мастеров, то его путь не может быть неправильным, — отмечает он.
В 1998 году Абдылдаев познакомился с Бакытом Кыдыкбаевым, и появилась идея создать настоящий джазовый коллектив.
— Я верю, что мечты сбываются. Всегда хотел работать с настоящим инструментальным коллективом. Уважающий себя профи не имеет права халтурить, пользоваться фонограммой. Сейчас на радио и ТВ прорывается немало молодых исполнителей со слабыми вокальными данными. Но записи я не верю. В таком случае я говорю: пока а капелла (без музыкального сопровождения) не споет, я всерьез его не воспринимаю. Когда человек поет под минусовку, то слушатель многого лишается... Я это вовремя понял, поэтому давно сказал себе, что буду выступать только с музыкантами, играющими вживую, а пение под фонограмму, честно говоря, это обман, — говорит певец.
вживую
О кубинках при свечах
Накануне Мартовской революции 2005 года Талант в составе “Соленых орешков” работал в одном из столичных ресторанов. Там была уютная обстановка. Публика разомлела от тепла и сладкой бразильской и кубинской музыки. Но вдруг электричество отключилось, и в зале стало темно. К тому же перестала работать вытяжка, дым повалил в зал. Однако официанты вынесли свечи, а музыканты, которые привыкли работать вживую, не растерявшись, продолжали: играли пианино, контрабас и барабаны, а Талант пел, как будто ничего не случилось... Тогда клиенты, которые, было, запаниковали, остались в ресторане, завороженные прекрасной атмосферой...
джаз — это характер
Бакыт КЫДЫКБАЕВ, руководитель джаз–банда “Соленые орешки”:
— За семь лет существования нашего коллектива многие талантливые, одаренные ребята приходили и уходили, не выдержав нагрузок. А Талант оказался преданным и выдержал благодаря трудолюбию, терпению и большой любви к серьезной музыке. Джаз — такой жанр, который начинаешь понимать с возрастом, а в молодости хочется чего–то яркого, легкого. Мы исполняем музыку в разных стилях и направлениях — блюзы, классические джазовые стандарты, джаз–рок, фьюжн, фри–джаз, би–боб и босса–нову, бразильский стиль, своеобразная смесь прохладного джаза в сочетании с ритмами самбы.
В джазе важен не столько голос, а насколько ты мастерски владеешь им, внутренняя энергетика, передаваемая певцом. Джаз — это характер, это музыка ярких, темпераментных людей. Без здорового азарта здесь делать нечего. Джазмен не столько поет, сколько передает настроения и чувства. Эти качества есть у Таланта.
Эмиль АТАГЕЛЬДИЕВ, пианист, заслуженный артист КР:
— Это человек, который сам себя сделал, слепил собственными руками. Не обладая супервокальными способностями, но имея фанатичную страсть и преданность к серьезной музыке, во многом продвинулся, и чувствуется, что получает кайф от того что делает. Свой профессиональный рост Талант питает невероятной работоспособностью и высочайшей ответственностью. Представьте себе: в студенческое время читал книги с энциклопедическим словарем. И если какое–то слово вызывало у него вопрос, то искал его в словаре. Музыканты, конечно, народ трудолюбивый, очень много приходится заниматься, но он пахарь, каких мало. Я долго его не видел, а недавно послушал и заметил, что он стал петь лучше. Это человек, постоянно прогрессирующий и стремящийся к самым высоким стандартам.
Когда мы с ним познакомились, лет 14 назад, Талант был поглощен академической музыкой, занимался изучением партитур. А его дипломная работа тянула по уровню на диссертационную. Это о многом говорит. Он очень быстро схватывает, усваивает, у него удивительные имитаторские способности, хорошо на слух снимает фонетические и интонационные приемы. Ведь в вокале очень важно передать нужные интонации. Тем более что джаз по форме и сложности стоит недалеко от академической классической музыки.
Бермет МАЛИКОВА.
Фото Владимира ПИРОГОВА.
 Версия для печати
 К содержанию номера
 На главную страницу
|
|
|
|
